«Большая игра» российских спецслужб в преддверии «постпутинского периода»

«Большая игра» российских спецслужб в преддверии «постпутинского периода»

11.12.2019 Выкл. Автор editor

Просмотров: 21

Если внимательно присмотреться к событиям, прямо сейчас происходящим во Франции, то достаточно четко видно, что кроме явных «проколов» Макрона во внутренней политике, мы можем наблюдать ярко выраженное внешнее воздействие, причем имеющее достаточно глубокие корни. Причем, судя по «ставкам» Кремля, сам президент Франции рассматривается как «пешка» в большой геополитической игре, как и его страна, которую в новую Сирию или Ливию конечно превратить крайне сложно, но вот «крови попить» — запросто, да еще и со значительным уменьшением «уровня жизни», этой основополагающей «западной иконой».

Причем, «раскачивание» Франции, как и практически все, что делается Россией на международной арене в последние пять лет, это элемент «большого торга», к чему Кремль вынужденно пришел после реакции Запада на аннексию Крыма и оккупацию территорий на востоке Украины. Кстати, переговоры в «Нормандском формате» Россия и лично Путин также воспринимают, может и не как «пешку», но как нечто для себя незначительное, чем можно на западные страны «надавить». Именно поэтому все переговоры в этом и не только формате, будут фактически заканчиваться ничем, до того момента, пока ситуация, по мнению Кремля, «не созреет», и Запад не сядет за стол переговоров по единственно интересующей Россию тематике: признание аннексии Крыма и полноценное возвращение этой страны в мировую политику.

До этого момента мы будем наблюдать продолжение политики «повышения ставок», это – теракты, кровь, вмешательства, в общем, весь «набор» того, чем «славятся» российские спецслужбы, ведь кроме войны, других весомых аргументов у Кремля просто нет. В этом контексте, договоренность в Париже об обмене пленных «всех на всех» уже можно считать достижением, все могло бы быть совсем безрезультатно, ведь судя по «заученным пропагандистским мантрам», которые Путин читал во время пресс-конференции, изначально все именно к этому и шло. «Французский бунт», в каком-то смысле, также являлся подготовкой к «Нормандской встрече», как фактор отвлечения внимания, ведь сам информационный фон накануне ее подготовки можно назвать «скандал на скандале».

История «французского бунта»

Около 50 лет назад, 10 мая 1968 года, в Париже началась «студенческая революция», которая впоследствии переросла в масштабные забастовки, на пике – 10 миллионов человек, и, после суммарно практически годичного противостояния, закончилась изменениями в сознании французов, которые поняли, что могут влиять на политику своей страны и, в конце концов, сменой президента де Голля. Поводом для начала выступлений стала предложенная в 1966 году реформа университетского образования. Присутствовали и чисто политические факторы: усталость от режима де Голля, который пришел к власти на фоне политического кризиса и войны в Алжире, и после десятилетнего правления многим казалось, уходить он никуда не собирался.

Данные, безусловно, прогрессивные для Франции события, четко показавшие наличие в стране «гражданского общества», привели не только к этому, по сути, те события — «первая цветная революция», с основным, но кардинальным отличием: незначительным, по сравнению с современностью, внешним влиянием. Оно хотя и присутствовало, но «Пражская весна — 1968» существенно отвлекла ресурсы КГБ на «решение» более насущной для СССР проблемы – сохранение Чехословакии в «социалистическом лагере».

С тех пор «много воды утекло», и в современных условиях те события привели к созданию некоего «эффекта памяти» как для самих французов — «на правительство можно давить», так и современных российских спецслужб — «такие события можно использовать в своих целях». Действительно, за эти годы мы наблюдали «значительный рост профессионализма» в таких схемах работы: Франция, Шотландия, Каталония, Нидерланды, Бельгия – везде, где присутствует «тлеющая проблема», неважно какая, Кремль старается «подбросить масла в огонь», руководствуясь принципом: «чем хуже, тем лучше». Причем, прошлогодние события в тех же Париже и Барселоне показали, что российские спецслужбы научились делать это достаточно эффективно, правда «оставляют следы», и расследования, проведенные правоохранительными органами Франции и Испании, показали явную и значительную причастность России к тем событиям.

Что происходит сейчас

Пришедший в 2017 году к власти во Франции Макрон выиграл президентские выборы скорее, как красивый «медиа-проект», причем основная задача заключалось в победе в первом туре, где он набрал 24% голосов. Дело в том, что второе место практически гарантированно занимала ультраправая Марин ле Пен, а французы, несмотря на обострившуюся проблему с беженцами, все-таки пока не готовы к «правому курсу» своей страны, что и показал второй тур, где Макрону досталось 66%. При выборах такого типа главное – пообещать «решить все проблемы» и дать надежду на перемены к лучшему, желательно с «позитивной улыбкой», все – избиратель твой.

В таких случаях проблемы, чаще всего, начинаются после прихода к власти, что и было в классическом варианте развития продемонстрированно Макроном. Несмотря на то, что выборы президента и парламента состоятся аж в 2022 году, они, если кардинально ничего не изменится, в любом случае станут для действующего президента крайне проблемными, если не сказать провальными, «спасти ситуацию», по большому счету, сможет только «противостояние с Ле Пен – 2.0», по принципу «выборы лучшего из худшего». Причем это касается не только самого Макрона, а и его абсолютно новой партии «Вперед, Республика», которая с 49,12% также оглушительно победила на прошлых выборах.

Суть проблемы заключается в том, что за два года у власти, «навскидку» невозможно вспомнить о реальных серьезных достижениях правительства, при более детальном рассмотрении вообще один негатив – проблемы с мигрантами, «желтые жилеты» и «пенсионная реформа», вызывающая крайнее отторжение в обществе. С такими «достижениями» вполне реально повторить сценарий выборов 2017-го, только со знаком «минус», иными словами «с треском их проиграть», «фирменная улыбка» уже не спасет.

Для нас, кстати, беда в том, что практически единственным возможным «прорывом» для Макрона остается урегулирование в Украине, что даст ему возможность одеть «тогу миротворца», проблема только в том, что мир ему нужен на «любых условиях», будет ли от этого для нашей страны прогресс или она может прекратить свое существование, для президента Франции вторично. Осуждать его за это, кстати, бессмысленно, у его страны свои интересы, у нас свои, «друзей» в таких вопросах не бывает, это просто надо понимать и учитывать.

Проблема Франции заключается еще и в том, что социальное напряжение усиливается: возможно, вы удивитесь, но жизнь простого француза, на другом, конечно уровне, чем, например, в Украине, но то же «не сахар», а основная причина проходящих сейчас во Франции протестов — «высокая стоимость жизни и социальное неравенство».

Приведем пример: премьер-министр Франции Филипп заявил, что правительство увеличит бюджет для больниц на 1,5 миллиарда евро в течение следующих трех лет, начиная с «трехсотмиллионного усиления» в 2020 году. Государство также возьмет на себя 10 млрд евро долга больничной системы, а медсестрам будут выплачивать бонусы. Нам, конечно, такие суммы и не снились, вот только в французском национальном профсоюзе медиков заявили, что уже в следующем году бюджеты больниц должны увеличиться на дополнительные 4 миллиарда евро, чтобы они смогли решить «свои проблемы».

Значительная разница между желаниями и возможностями, а тут еще с «пенсионной реформой», которая являлась одной из предвыборных «фишек» Макрона, что-то «пошло не так» — основную массу граждан Франции она категорически не устраивает. Ситуация взрывоопасная, по мнению Кремля таким грех не воспользоваться, тем более, что соответствующего опыта и специалистов хоть отбавляй, да и после «Каталонских событий», где испанская фемида довольно жестко «прижала им хвост», они практически полностью свободны.

Российские спецслужбы во Франции

На сегодняшний день Россия в рамках политики «повышения ставок», возможно, больше всего «отличилась» именно во Франции, она уже «была поймана за руку» во время радикализации первых протестов «желтых жилетов», прямой или косвенной, с учетом как минимум схем поставок оружия «игиловцам», участии в терактах в Париже и Ницце, раскручивание и финансирование российскими спецслужбами радикальных партий типа Ле Пен, вмешательство в выборы президента страны, и, наконец, «бесперебойная поставка» в эту страну на газпромовские деньги все новых и новых беженцев.

Во всех этих действиях цели у Кремля довольно просты: в результате внешнего силового воздействия Франция должна, как минимум, несколько изменить свою внешнюю политику, а при «удачном раскладе» негласно следовать в «фарватере» Москвы. Это далеко не фантастика: России пока многое не надо, а ключевые вопросы такие — Украина и антироссийские санкции, но надо учитывать, что «аппетит приходит во время еды», особенно у Путина.

Третий ключевой вопрос, в котором Макрон уже пытался «подыграть» Кремлю, это НАТО, вернее его ослабление, а как задача максимум — развал или на худой конец выход Франции из Альянса, что уже в истории было. Только сделано это было крайне неуклюже, а заявление президента Франции — «НАТО — это прежде всего организация коллективной обороны. И стратегический вопрос, который мы будем обсуждать в ближайшие месяцы — против кого. Кто наш враг? Я слышал мнения, что это Россия или Китай, но я так не считаю. Наш общий враг — это терроризм», привело к обратному результату. Макрон только «очков» потерял, и во время Лондонской конференции НАТО выслушал о себе много чего интересного, а все, что на ней было необходимо, все-таки принято, причем именно с целью противодействия РФ.

Механизмы данной спецоперации предельно просты: добиться общего ослабления Франции за счет ее дестабилизации для создания классической ситуации, при которой Макрон будет вынужден «играть по правилам» Кремля. Причем существует «вилка возможностей», ведь пойманная на прямом финансировании России Марин ле Пен, все-таки «второй» рейтинг в стране имеет, а «разогнать недовольство» к беженцам, что приведет к крену Франции «вправо», и прибавит ей еще больше голосов на будущих президентских выборах, не кажется невыполнимой задачей. Причем, России в принципе почти получилось добиться своего: ведь говоря по правде, основная проблема французского правительства заключается в том, что, по мнению Кремля, оно не полностью контролирует ситуацию в сфере безопасности. Эта «грань», конечно, очень тонкая, но и крайне опасная, в первую очередь, для Франции.

Сложно сказать, понимает ли Макрон наверняка роль российских спецслужб, которые в его стране уже чувствуют себя как у себя дома, но вот отдает ли отчет в степени их опасности для самой страны, это вряд ли, иначе бы французские спецслужбы не демонстрировали фактически полное бездействие в данном вопросе, все дальше и дальше позволяя Кремлю расширять «границы дозволенного».

Возможно, что все вообще непросто: недавно «всплыла» информация о взломе российскими «хакерами в погонах» переписки Макрона, если смотреть по аналогии, что бы в последнее время такого характера не опубликовывалось, результат один и тот же, — президенты, премьер-министры и прочая «элита», мягко говоря, не «скованны нормами морали», поэтому, возможно, «компромата» там достаточно, а его сбор — это «фирменный почерк» российских спецслужб. К этому, по большому счету, уже все привыкли, как и к «странным» действиям некоторых политиков по обе стороны океана, но есть страны, где с таким борются, Франция, и не она одна, кстати, это не тот пример, что для нее крайне плохо.

ГРУ и ФСБ: «последний бой»

Не так давно ситуация во Франции усугубилась еще больше, ведь «Альпийский скандал», скорее всего, будет иметь крайне серьезные последствия. По сообщению газеты Le Monde, сотрудники российской военной разведки использовали французские Альпы как резервную базу, которая как минимум «работала» с 2014 по 2018 год, для операций в Европе. 15 «вскрытых» на ней сотрудников элитного подразделения ГРУ, фигуранта расследования New York Times, войсковой части 29155, отвечали за заказные убийства, саботаж и «мертвые почтовые ящики», используемые агентурой для обмена информацией.

Среди любителей посмотреть на Альпы, встречаются «знаковые персонажи», например, участники отравления Сергея Скрипаля под псевдонимами Руслан Боширов (Анатолий Чепига), Александр Петров (Александр Мишкин) и Сергей Федотов (Денис Сергеев). Использовали ее также и участники отравления болгарского торговца оружием Эмилиана Гебрева, известных по псевдонимам Николай Кононихин, Иван Лебедев, Данил Степанов, Георгий Горшков и Сергей Павлов. Попытка переворота в Черногории – так же они, с псевдонимами Эдуард Шишмаков и Владимир Попов.

Суть проблемы заключается в том, что даже во времена «Холодной войны» СССР ничего подобного себе не позволял. В «Альпийском скандале» речь идет не о разведчиках под «дипломатическим прикрытием», а о диверсантах и «государственных наемных убийцах», которые, используя базу во французском регионе Верхняя Савойя, совершали убийства, теракты и акции по вмешательству в дела других стран. Это даже не «враждебное отношение», а нечто большее, ведь когда спецслужба отправляет в какую-либо страну наемного убийцу, между ними не может быть «дружбы», будто ничего не случилось.

Вместе с тем, в России понимают, что Макрон сейчас может и позволить расширить «границы дозволенного», слишком много «рычагов влияния» РФ на Францию и ее президента накопилось. Сами виноваты: с Кремлем в карты играть нельзя, они у него «крапленые», да и сам он шулер, что рано или поздно приводит к ситуации, когда тебя воспринимают «пешкой» в «большой игре», даже если ты глава «великой державы», и это, кстати, не только к Макрону относится.

С этим, понятно, Францию, возможно, если она «не проснется», переиграли «в чистую», ведь за нее, по большому счету, еще никто «не брался», помните, что было в фильме «Крепкий орешек — 4», локальный армагеддон, а его тренировка, судя по запущенному российскими хакерами вирусу «Petya», уже произошла. Расследование, кстати, показало – французская инфраструктура подвержена значительному риску, ведь начиная с 2016 года «хакеры в погонах» именно в этой стране «плотно поработали».

А вот что самое интересное, это откуда у Le Monde такие исчерпывающие данные про «Альпийскую базу»? Все косвенные данные подсказывают, что их, безусловно, каким-либо «красивым» способом «подбросило» ФСБ. Суть вопроса предельно проста: «столетняя война» между «лубянскими» и ГРУ Генштаба РФ в последние годы обострилась до крайне взрывоопасной ситуации.

ФСБ сделало, как минимум, три «явных захода» на установление контроля над ГРУ, и всего, чего смогло достигнуть – это один раз провести в «Акувариум» «своих людей» на значительные, но не ключевые должности, которые, естественно, там не прижились. Почему так происходит? Понятно, в ФСБ «не мальчики-колокольчики» работают, однако, как-то «тихо и внешне незаметно» военная разведка умудрилась создать «государство в государстве» с возможностью «влияния на процессы», в том числе и в РФ, высококлассными хакерами, что крайне важно в мире е-технологий и «ликвидаторов», эдаких «антилюдей», для которых понятие «честь или совесть» — пустой звук. Не знаем как Вам, а вот «лубянским» точно показалась, что это – «гремучая смесь», способная поколебать самое для них святое – власть ФСБ в России.

За последние годы это привело уже к бесчисленным «сливам» в прессу информации о деятельности ГРУ, которую, скажем прямо, получить без помощи извне крайне проблематично. Пример? Сложите «2 и 2» – российский The Insider «лупит по грушникам из тяжелой артиллерии», и ему за это ровным счетом ничего, и это в России, где за перепост можно реальный срок получить.

Прямо сейчас вообще «тараканьи бега» начались, информационные ресурсы двух конкурирующих силовых структур проводят крайне агрессивную компанию: расследовательская группа The Insider (скорее всего, получающая «сливы» от ФСБ) и издание «Новая газета», позиционирующая себя как нейтральная (это в России!!!), но по некоторым данным пользующееся покровительством военной разведки РФ, выясняют, кто из спецслужб убил Хангошвили. Причем это все происходит на фоне заявления Путина в Париже о том, что «российские силовики» к нему вообще не причастны, на «сказку» о Петрове и Баширове, кстати, сильно похоже.

Поэтому, обоснованно кажется, что «слив» «солсберийцев», убийцы Хангошвили, вмешательства «грушных хакеров» в выборы США и Франции, влияние на референдум в Нидерландах и Шотландии, «разжигание» Каталонии и «деле Смоленкова», наконец, звенья одной цепи, а вот зачем, это самое интересное – кроме банального ослабления конкурента, кажется, преследуется еще одна, более важная цель.

В самой России сейчас все крайне непросто, не все «башни Кремля» верят, что «политика повышения ставок» приведет к победе, скорее понимают — близится «постпутинский период», хочет этого сам Путин или нет, его время проходит. С Западом необходимо договариваться, это понимают все, ведь капиталы и семьи именно там и находятся, а это рычаг по-настоящему мощный. На этом фоне то, что ФСБ «выставляет» Шойгу и ГРУ как «партию войны» и главную проблему, из-за которой весь деструктив и возник, можно рассматривать как предложение: «мы их сливаем», тем более, что они себе уже на несколько Гааг заработали, а мы, «особо незапятнанные на международной арене», начинаем с вами новую страницу. Помните «генерала Вольфа» из «Семнадцати мгновений весны», в истории обычно ничего нового не происходит…

Причем, «лубянские» в случае заключения такой договоренности могут «на давно заслуженную пенсию уйти», ведь все крупные российские корпорации «под ними», вернее их детьми — Патрушева, Фрадкова, Иванова, Чемезова, а дискредитацией ГРУ перед Путиным ФСБ еще и выигрывают аппаратную игру у «военных», что дает право на своего преемника. В таком случае их «игра» будет удачно сыграна, причем при самых высоких ставках, что в том числе позволит окончательно «зачистить» клан Ельцина, так как «договор о гарантиях» автоматически аннулируется.

Для Запада им тоже есть что предложить, одна только «успокоившаяся» Россия дорогого стоит, а если добавить возможность практически безграничной эксплуатации полезных ископаемых полурабами, в которых постепенно превращаются россияне, то это предложение, возможно, и не такое, «от которого невозможно отказаться», но крайне выгодное, с этим не поспоришь. Так что вполне возможно, что мы с вами являемся свидетелями «последнего боя» российских спецслужб, ведь в таком случае о влиянии ГРУ надолго можно будет забыть…

На таком уровне «игры» становится понятно, почему Макрон, и далеко не только он, воспринимается в Москве как «пешка», ведь когда речь идет о возможности разграбления триллионов, не рублей, конечно, ты – именно она, даже если являешься президентом страны «Большой семерки». Понимают ли это на Западе — сложно сказать, но в любом случае есть одна проблема: называя Россию «бензоколонкой», что по сути правда, ее недооценивают. Она слишком много вложила в армию и, особенно спецслужбы, и если посмотреть в таком контексте, то Кремль может действительно многое, особенно с учетом полного отсутствия каких-либо факторов морального сдерживания.

Именно поэтому с Кремлем в принципе договариваться ни о чем нельзя, какой бы «приз» он не предложил, ведь кроме прямого обмана партнера, он создает условия, при которых в перспективе существует возможность манипулировать процессами. Каталония, Шотландия, Франция, Украина, Грузия и множество других стран, кто мешает «разжечь пожар» через пять, десять или пятнадцать лет, ведь конфликт-то «тлеет».

Так что в этой истории самое грустное, что Франция, совершенно неожиданно для себя оказалась «на крючке» Кремля, а бороться с этим можно одним единственным способом: мировому сообществу надо брать пример с WADA, которое показало, как необходимо наказывать ФСБ и ГРУ за подмену пробирок с мочой. Все верно: не хочешь быть «пешкой» в чужой игре – опускай забрало и в бой, но с этим, пока как-то не складывается, процесс изгнания «торговцев из храма», пришедших во власть во многих странах, несколько затянулся, будем надеяться ненадолго, тут чувство самосохранения наций свою роль сыграть должно.

Секция «Дельта» группы Информационное Сопротивление

https://sprotyv.info/analitica/bolshaya-igra-rossijskih-specsluzhb-v-preddverii-postputinskogo-perioda